Издание книги «Drang nach Osten! Натиск на Восток. Начало»
Россия
Научная и научно-популярная литература

Выберите вознаграждение

Новость №1
24 марта

Общественный строй славян. Основой, стержнем общественного устройства балтийских славян было вече (от славянского вѣтъ – совет). В менее крупном масштабе это была деревенская сходка. В военное время – войсковой сход. Все решения принимались единогласно и без каких-либо ссор, какие, например, случались в более позднем Новгороде у восточных славян. Такое общественное устройство основывалось на взаимной любви и взаимном уважении славян.

А. Гильфердинг писал:

«Единогласие, которое требовалось на славянском сходе для решения, очевидно проистекало из быта семейного, будучи основано на любви, начале семейного союза: ибо оно предполагало, что все собравшиеся на сходе любят друг друга и любят истину, что истина, будучи всегда одна, как только появится, найдет согласное признание, и что ни в ком не будет ни страсти, ни ненависти, способных возбудить противоречие».

Однако в общественном строе славянских племен Балтий- ского поморья имелись и существенные различия.

Руяне отличались от других племен особой религиозностью общественного строя, вся их жизнь основывалась на поклонении богам. У них также, как и у ободритов, лютичей и поморян преобладало единогласие и собиралось вече. Но при этом вече созывал верховный жрец Свентовита. Он же был и главой всего общества руян – вся воля народа была в руках жреца. Князь руян занимал двойственное положение. С одной стороны, как Свентовит почитался по всему славянскому Поморью главным божеством, храм в Арконе – первым храмом, а сами руяне – старшим племенем, так и князь их пользовался у балтийских славян особенным уважением, будучи наделенным особым религиозным значением, и потому он возвышался над князьями остальных славянских племен. С другой стороны, реальной, политической власти князь руян не имел. Во­первых, князь за- висел от верховного жреца; во­вторых, все важнейшие вопросы жизни руян решала община на вече, а князь только исполнял эти решения, даже во время войны.

Каждое из племен, входивших в племенной союз лютичей – ратари, доленчане, черезпеняне и хижане имело свою власть, своих князей. И, так как их было множество, то власть их была самая раздробленная и слабая. Так же много было знатных людей, независимых и из разных родов. А со временем княжеская власть исчезла вовсе. Точно известно, что к X веку у лютичей них уже не было князей. Властвовала одна община, все вопросы решало вече и сходы каждого в отдельности племени. Было у лютичей и общее собрание всех четырех племен, входивших в их племенной союз, которое собиралось в святыне лютичей – городе Радигоще. Ни у одного из западных славянских племен общий сход и закон единогласия не имели такого значения, как у лютичей. Особенность общественного устройства лютичей со- стояла в том, что власть общины пришла на смену власти старых племенных князей, а не наоборот, как это было в других племенах балтийских славян.

Племена, входящие в племенной союз ободритов, также имели своих князей, но все же один из них был главный. Конечно, тот или иной князь, занимая это положение, время от времени пытался начать править единолично, но этому противились другие князья и народ – община и вече, которые со временем у ободритов исчезли. Постепенно, год за годом, власть сосредотачивалась в руках князей, при которых состояла знать. Позднее, в VIII веке, из­за соперничества с лютичами, ободриты вступят в союз с немцами и императором франков Карлом. Под этим постоянным немецким влиянием у ободритов погибнет древний обычай созывать народ для решения вопросов племени, и уже никогда больше у них не появится община. Но обо всем этом речь впереди.

С течением времени у лютичей княжеская власть исчезла, а у ободритов погибал общинный строй. Первыми управляла община, вторыми – князья. Знатные люди, понятно, нашли свое место и там, и там.

Коренной же славянский общественный строй сохранился только у одного из союза племен. Ими были поморяне. У них не было деления на мелкие племена. Поморье было единым и имело одного князя, который не был правителем в полном смысле этого слова. Поморский князь фактически не правил поморянами, не управлял страной и поморскими городами, он просто признавался общим главой поморян. Князь имел свою дружину; у него был княжеский город (или крепость) – Белград на реке Персанте; в каждом другом городе по всей стране князь имел княжий двор, на котором стоял его дом и дома для дружины. Княжий двор был местом священным. Власть князя была освящена древним законом. Все поморяне платили князю подать на содержание дружины и системы укреплений для защиты племени. В остальном все города, укрепления и местности Поморья управлялись независимо от князя, сами воевали, и каждый город, каждое укрепление заботилось само о себе.

Таков был общественный строй у славянских прибалтийских племен. Общим для них было то, что все они имели родоплеменное устройство и убежденно отказывались от возникновения государственности.

Обряд гадания с белым конём Свентовита, проводившийся руянами у храма Арконы перед очередной войной, заключался в проведении его через копья. Если конь задевал копья, значит, война должна была быть неудачной, и наоборот… Рисунок А.В. Гусельникова.